Декабрь 17, 2017
МедиаБизнес
Пользователь
Пароль
 
ТВПрессаРадиоНаружкаКиноDigitalAmbient
НОВОСТИ
Апрель 27, 2007

Новое – это хорошо забытое старое

Поделиться: Facebook Twitter LiveJournal
Версия для печати

Несколько лет назад, когда на Петровский книжный рынок не попали современные переиздания собраний речей известных русских дореволюционных адвокатов, случилось мне «покопаться» в залежах букинистической литературы. Из оных я извлекла видавшую виды книгу 1953 года, где, среди прочего, наткнулась на защитную речь адвоката Петра Александрова по делу Нотовича, датируемому 1893 годом.

Позволю себе привести отдельные отрывки из выступления П.Александрова, столь поразившие меня тогда:
«В делах о преступлениях в печати, не в пример делам о других общих преступлениях, судья не может замыкаться исключительно в сферу уголовного кодекса; он, в силу необходимости и высшей справедливости, должен быть политиком, как орган общественный, отправляющий свои функции в соображении условий и потребностей общественной жизни. Не нужно долго жить, чтобы видеть, как в непродолжительные периоды изменяются взгляды самой администрации на дозволенное и недозволенное в печати, как изменяются в этом отношении воззрения общества, как видоизменяется применение закона, хотя он сам и остается тем же, не имея возможности поспевать за всеми этими изменениями.
(…)
Если обличение зла, обнаружение явлений противозаконных или просто вредных для общественности имеет право быть отражено в печати, если оно является одним из необходимейших  и наиболее сильно действующих средств общественной дезинфекции, то ему должен быть дан соответственный простор, должны быть приняты в расчет неизбежность ошибок, и некоторая неполнота доказательства истинности напечатанного оглашения. Так и понимает это наша, ещё молодая в делах печати, судебная практика. Перед вами приговор высшего суда по делу о Куликове.
Куликов судился по 1039 статье Уложения, но содержание приговора может одинаково относиться и к делам о клевете. В этом приговоре мы видим, что Куликов судился за то, что относительно управы, где он, кстати сказать, и служил, он напечатал заявление, в котором, между прочим, называл служебные действия членов управы относительно хранения и распоряжения деньгами систематическим хищением земских денег, то есть прямо обвинял их в уголовном преступлении тяжкого свойства. Сенат нашёл выражение неуместным, но указал, что «оно еще не служит для применения к Куликову статьи 1039 Уложения, так как такая характеристика не содержит в себе прямого указания на совершение членами управы каких-либо преступных действий, а может быть относимо к беспорядочному и невыгодному для земства ведению земских дел». Сенат продолжает: «документальные данные в пользу Куликова, содержащиеся в подробном его показании при предварительном следствии, а равно приложенные к делу выдержки из журналов земских собраний и удостоверения старшин содержат в себе некоторое подтверждение указаний обвиняемого на непроизводительность трат земских денег и на известные неправильности в их расходовании». На этом основании Сенат оправдал Куликова. Следовательно, оказалось достаточным не всецелое, не полное, а лишь некоторое подтверждение данных из его обличения, напечатанного Куликовым, чтобы признать его действия не подлежащими наказанию».

Тетяна Шмарьова


Добавить комментарий

:D:lol::-);-)8):-|:-*:oops::sad::cry::o:-?:-x:eek::zzz:P:roll::sigh:
Жирный Курсив Ссылка Цитата


Защитный код
Обновить








Rambler's Top100 Если Вы заметили ошибку, пожалуйста, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter