Февраль 2, 2016

Кшиштоф Занусси: "В богатых странах киношники более ленивые, и у них не так много идей"

Поделиться: Facebook Twitter LiveJournal

О кино- переосмыслении истории, покаянии, копродакшене и задачах кинематографа МедиаБизнес пообщался с режиссером, сценаристом и драматургом мирового масштаба -  Кшиштофом Занусси. "Сейчас в Европе снимать амбициозную картину в одной стране, без копродакшена, – невозможно", - полагает Занусси. А еще, - утверждает, что Украина должна и кинематографически, и политически пройти через переосмысление истории и покаяние.

- Расскажите о фильме, над которым вы сейчас работаете.
- У фильма уже есть название: "Эфир".  Но имеется ввиду не прямой эфир, а – анестезия. Первое серьезное средство для усыпления, с помощью которого можно ставить человека под контроль. Вместе с сознанием он теряет и свободную волю. Немного об этом картина. Об этой очень опасной мечте, – владеть другими людьми. Материального добра им недостаточно, хотят властвовать над людьми как над собственностью, как над рабами...
События происходят перед Первой мировой войной. Это не историческая картина, но – в костюмах, чтобы нам современность не мешала.
Это вообще история Фауста. Только немного в другом времени и условиях. Фауста, который не верит, что душа существует. Продает то, что кажется ему пустым словом. Но в конце, он будет удивлен. Там трагический финал, когда оказывается, что душа есть. Это будет и драма, и чуть-чуть философская притча.
События происходят на пересечении двух империй – Российской и Австрийской, что географически припадает, как известно, на Украину.  И я рассматриваю возможность привлечения украинских актеров.

- Но съемки тоже могут захватить Украину территориально?
- Это зависит от условий. Потому что особой визуальной разницы по обе стороны от границы нет.
Съемки могут немного затронуть и Италию, если они подключатся к проекту.

- Сценарий уже написан?
- Он еще не закончен. Есть еще проблемы с производством – в зависимости от того, кто в него войдет, я могу немного модифицировать сценарий. Итальянцы хотели войти – могу что-то добавить, связанное с ними.

- В любом случае, это будет копродакшен?
- Да, без этого нельзя. Сейчас в Европе снимать амбициозную картину в одной стране – невозможно.
Я как продюсер сейчас выступаю в картине Агнешки Холланд – и это тоже совместное производство – Германия Швеция Польша и Чехия.
Так сложилось, что только в таком тандеме можно снять амбициозное кино, или иначе - не снять

- У нас сейчас тоже развивается собственное производство, даже создано объединение #кінокраїна, и все обсуждают, как можно добиться денег, и в частности – международных.
- Было бы хорошо, если бы Украина вошла в Euroimage, потому что это важный источник денег.
Там нужно делать взносы, хотя я думаю, что они сейчас небольшие, а выгода от членства их перекрывает.
Все зависит от того, насколько инициативны кинематографисты. В богатых странах киношники более ленивые, и у них не так много идей.

- На МБ мы сейчас много пишем о кино. В серии интервью с продакшенами, мы ставили вопросы о том, существуют ли жанры военного и невоенного времени, о том, как отразится сложная ситуация в нашей стране на жанрах, сюжетах, героях...
- Трудно сказать, что будет. Вторая мировая война – это уже легенда. Поколение, которое что-то о ней помнило – уже не у дел. Сегодня Вторая мировая – это фон для сказочных рассказов, которые уже ничего общего с реализмом не имеют, за редким исключением.
Но то, что положение сегодня в вашей стране такое, что война – это реальность, это, конечно, влияет на сюжеты. Те контрасты и трагедии, которые возникают там, где убивают, не сравнить с происходящим в нормальной жизни.

- Есть разные мнения: пока есть конъюнктура рынка, надо снимать о войне, или – что еще не время, нужно все переосмыслить.
- Не проблема времени – можно сразу снимать. Важно – что вы хотите сказать. То, что война есть, мы все знаем, а что об этой войне сказать – вопрос открытый.

- В Польше – целая плеяда фильмов, которые переосмысливали непростые исторические моменты. В Украине в начале 90-х такой процесс начался, но потом на неопределенное время прервался и все переключилось на попсовое телепроизводство. Может ли страна, которая кинематографически еще не переосмыслила все пережитое, двигаться дальше?
- Я думаю, что не только кинематографически. Это нужно еще и политически пройти. Потому что преступление без наказания всегда рождает новые преступления. Мы это знаем из истории. Это был даже недостаток Германии, - после Второй мировой войны, когда пришла Холодная война, многие преступления нацистов были забыты. И были судьи и прокуроры, которые не покаялись.
Что касается коммунистического режима: надо было наказать всех, кто навредил нации, кто ответственен за злодеяния. У вас еще был яркий пример Чернобыля и того, как повела себя власть, допустив такую опасную для населения ситуацию. Надо, чтобы кто-то за это покаялся. Это не для них важно, не для мщения – для здоровья будущих поколений. Это минимальная справедливость, чтобы признать: да, я виноват, я сделал плохо. Если этого не сказать, тогда все зло может повториться, и я боюсь, уже в новом поколении.

- Ну, оно и повторяется, в разных формах...  
- И потому рекомендовано и кинематографически, и не только, посмотреть на это….
Во время войны особенно сложно. Вам нужно построить мифы, которые бы объединяли нацию. И эти мифы должны быть критичными, чтобы понять, что было ошибочным.
Почему вы так поздно добились независимости? Где были ошибки, где были шансы и почему они были потеряны? Почему после Первой мировой войны не удалось создать независимой Украины, если этого действительно хотели? Или недостаточно хотели?
И почему так сложилось? Какие были ошибки лидеров и вождей? И народ – насколько он этого хотел?...

- А важно, чтобы это была позитивная или негативная история? У нас зачастую сетуют, что исторические рассказы имеют пораженческую составляющую, что они описывают не победы, а страдание и поражение… Голодомор, репрессии – это пережитая, но негативная история, без победы.
- Конечно, без победы, но есть и такое понятие как моральная победа, вот если бы она была… Это непростой вопрос, я  его даже вашим студентам ставил (Кшиштоф Занусси приехал в Киев прочитать лекцию для слушателей Интершколы, - ред): есть ли что-то, за что стоит умирать? А если общество ничего такого не допускает, на все готово – то оно распадется.

- Общество должно сформулировать эту идею?
- Люди индивидуально должны чувствовать, что есть некая грань. Понимать, что если кто-то переступает эту грань, то они будут бороться. Вот если бы кто-то делал зло моим близким, убивал детей, то я скажу  - нет и буду бороться.

- Но не вредят ли негативные, пораженческие истории? Может нужно выискивать только победы, описывая их, или даже придумывать?
 - А где у вас были победы? Надо рассказать. А если их не было, то нужно так и сказать. Просто сказать, чтобы мы поняли и больше наших ошибок повторили. Это уже много, и это уже победа.
Но вы посмотрите, сколько у вас всего положительного! Я долгие годы был в Сенате Львовского католического университета. Он создан в Америке. Это были люди великой веры. Митрополит Иосиф Слепой сказал американским украинцам: готовьте интеллигенцию, готовьте кадры, может быть придет время, и они пригодятся. И наличие таких людей сегодня спасает Украину. Их немного, но они есть. Значит, интеллигенция не вся исчезла. Это позитивная история (улыбается).
Если бы сейчас сделали еще одну картину про Мазепу – я бы наверняка нашел там позитив (улыбается).

- Насколько перспективна украино-польская копродукция, и какой она может быть?
- Она сильно связана с нашей историей, которая, надо признать, не всегда развивалась дружески. Но с другой стороны, сейчас есть схожесть наших судеб и интересов, и это хороший материал для совместной работы.
Проблема сегодня в вашей экономической ситуации, при которой трудно рассчитывать на участие в проектах капитала. А он необходим.

- А идеи?
- Идеи найдутся. Их много. Особенно, связанных с Галицией 19 века, там столько всего пересекалось… Да и других пересечений много.

- Неоднократно звучит мнение, что сейчас в мире наблюдается «сценарный голод». Вы сталкивались с ним?
- Это больше болезнь Европы. В Азии такой проблемы нет. Я вижу по студентам – они умеют рассказывать, и рассказывать интересно. Хуже положение в Европе – постмодернисты решили, что рассказ уже невозможен, и кто-то в это проверил.

- А украинские сценаристы могут предложить свои идеи мировому кинематографу, и при каких обстоятельствах?
- Все возможно. Любая история, любого человека, если она интересно рассказана, если в ней видна мудрость для всех людей, находит отклик. Вы помните – японская история, где люди носят воду – фильм «Голый остров». Гениальная картина, история всех заинтересовала, даже тех, кто никогда не носил воду на вершину острова. Но она была так по-человечески рассказана, что стала интересной.

- Т.е., это может быть и сугубо национальной историей.
- Абсолютно. Думайте локально, но с глобальной перспективной. И поймете, что любая человеческая история, любая человеческая страсть – универсальна.

- Какие запросы аудитории вы сейчас наблюдаете?
- Конечно, мое мнение субъективное. С точки зрения бухгалтерии, зрители равны – платят те же самые деньги. Но сталкиваясь с рекламой, вы уже видите разницу. Продавая Порше, нет потребности в пролетарском зрителе, важно не число, а чтобы 5 тысяч людей, которые могут позволить себе эту машину, посмотрели. Материально высокая планка.
Для меня важна высокая планка в культуре. Мнение тех, кто ставит высокие требования. Тех, кто воспитан на высокой литературе. Чтобы им кино тоже что-то сказало и они не утверждали, что кино - это для пацанов. Чтобы они нашли для себя то, что однажды получали у Бергмана, у Тарковского, на своем культурном уровне. И это надо продолжать.

- А кино, на ваш взгляд, должно воспитывать? Показывать некие модели поведения, примеры.
- Тут осторожно надо подходить. Воспитание – это работа школы…

Задача кино – делиться своим опытом. Делиться искренне. А учитель – это тот, кто знает все до конца и не сомневается. Учитель делает элементарные вещи. А на высоком уровне надо постоянно сомневаться.

Ярослава Наумова 

Тэги: Кшиштоф Занусси, кухня сериала

Схожие темы:
Кого з акторів зніме Зануссі у фільмі "Ефір"
У виробництві «Ефір» Кшиштофа Зануссі
Кшиштоф Зануссі завітає на "Золоту дзигу"
Наталья Стрибук: «В эфире стало намного меньше деревенских историй»
Оголошено результати 9-го пітчингу Держкіно (ДОПОВНЕНО)
Перший тур 9-го пітчингу Держкіно: «Слуга народу», «Ворошиловоград», «Захар Беркут»
Виктория Забулонская и Марина Городецкая: Главный посыл патриотического кино в том, что украинцы - это нормальные, адекватные люди
Олег Щербина и Юлия Чернявская о ко-продакшене, современных героях и исторической правде
Олег Щербина и Юлия Чернявская о ко-продакшене, современных героях и исторической правде
Кшиштоф Занусси: «Преступление без наказания всегда рождает новые преступления»